среда, 14 октября 2009 г.

Как скауты связались с психиатром...




Увидев знакомые физиономии на пороге, я поняла – поход будет незабываемым. «Ну что, не ждала???!» - расталкивая друг друга, Путилин с Задорожнюком буквально ввалились в квартиру. М-да… а я-то думала отдохнуть чуток перед очередным скаутским испытанием. «Не выйдет!! Развлекай нас теперь!» Какие уж тут развлечения? Готовиться надо, снарягу собирать, рюкзаки искать, да и думать, как спасать ситуацию





Дело в том, что поход был изначально запланирован как поход с трудными подростками, и деньги специально выделялись на это. Но в последний момент инспектор по делам несовершеннолетних, ответственный за поиск тех самых подростков, сказал нам, что детишек не будет. А продукты-то у нас уже закуплены. И мы судорожно начали обзванивать всех знакомых. Естественно, кто за один день согласиться на столь безумное предприятие как пеший 6-дневный поход – разве только псих, хотя и такой нашелся. Один. Молодой врач-психиатр из Бреста по имени Александр Терещенко, мы звали его просто – Шурик.
Без происшествий мы не можем. А начались они с самого начала. Когда к поезду пришли все кроме Шурика. «Струсил, гад»,- проклинала я все на свете, стоя на переходном мосту (меня оставили караулить: вдруг молодой специалист не разбирается в номерах платформ). Уже начался отсчет последней минуты, как за мной прибежал кто-то – Шурик пришел. Ну слава Богу! Сели, поезд тронулся, от сердца отлегло – теперь-то нас никто не разлучит в ближайшие 6 дней. Но это было заблуждением. Почему? Потом узнаешь, дорогой читатель, но история эта крайне темная и запутанная.
Итак, поход наш стартовал, и как бы мы ни старались приободрить друг друга в поезде, общий настрой у всех был ниже нулевой отметки – что ж начинать всегда сложно.
Первое, что мы должны были сделать по выходе из вагона, это добыть картошки в ближайшем населенном пункте. Вот тут-то проявил себя наш Володя. Он смело заходил в каждый двор и, обсудив с хозяевами актуальные житейские проблемы, заканчивал: «Нам бы картошечки…» Отказать ему было невозможно. Правда, бульба была не у всех, но все же в одном доме нам вынесли полное лукошко. Полностью экипировавшись и морально настроившись, мы тронулись в путь. И почему-то в первый же день нас (точнее Нину) приспичило идти по азимуту, за что мы очень поплатились. Табличка с надписью «Клюшово» стала для нас роковой. Не знали мы что распрощавшись с этой деревней, мы снова вернемся на то же место только вечером, протопав по болотам около 10 километров.
Чем дальше мы углублялись в болота, тем больше убеждались, что не туда идем. Правда, Нина заглядывая в карту, нас успокаивала: «Нет, все правильно. Вот одно болото, вот другое…» Поэтому мы смело продвигались вперед: мошкара, болото, жара, - хотелось лечь на осоку и заорать. Но стоило остановиться, как на тебя нападала стая безжалостных комаров, хотелось снова встать и бежать!
Вскоре мы почувствовали твердую почву под ногами и даже набрели на земляничную полянку. Володя бросился на живот и стал зубами срывать красные живительные плоды, точно как Мересьев (ред. «Повесть о настоящем человеке»). Не прошло и минуты, как на карачках оказались и все остальные участники нашего нелегкого путешествия. В первый раз за целый день почувствовать во рту что-то съедобное – это как глоток свежего воздуха, хотя этого-то у нас было предостаточно. Но Нина не давала нам забыть о реальности, и спустя 20 минут мы снова были на ногах. Еще пару километров - и снова болото. Казалось, нам никогда из него не выбраться. Но вскоре мы увидели старушек, собирающих чернику. «Деревня через два километра», - сказала одна из них, оправившись от шока. Хорошо хоть до инфаркта не довели – нельзя всем вместе из леса выскакивать. Местные – люди суеверные, потому принять нас за ведьм и нечистых духов раз плюнуть!
Ура!!!! Деревня! По такому случаю и перекусить можно. Костер развести на воде проблематично даже для скаута, поэтому мы решили ограничиться бутербродами. Кто-то яйца достал, огурцы, а Шурик целую палку колбасы из рюкзака вытащил. Вытащил и отошел на безопасное расстояние. Не прошло и 10 минут, как стол (Полинкин рюкзак) был накрыт. Все прилично накинулись на паек и с набитым ртом стали Шурика звать. А тот с полным недоумением в глазах воскликнул: «Как??! Немытыми руками??» Тут уж пришла очередь удивляться нам. Мы, конечно, гигиену любим, но не до такой же степени, чтобы от колбасы отказываться. Через полчаса кто на сытый, а кто на голодный желудок все тронулись в путь. Километра через 3-4 мы оказались у таблички с надписью «Клюшово». Это был ужас! Мы сели у колодца и от отчаяния решили сфотографироваться. Позже наши разведчики нашли того деда, который нам дорогу прошлый раз указывал и попросили его снова показать путь. Он сначала на словах, потом чертя палочкой по песку, объяснял, как до озера добраться. Мы ему: «Дедуля! Мы по этой дороге уже шли и заблудились!» А он: «Нет, в конце тропинки вы увидите умершую деревню». Доспорились до того, что несчастному пришлось нас проводить. Шли по тропинке, а он все про войну: и как в лесу прятались, и как деревню спалили, и как родные погибали. Незаметно дошли до большой поляны. Внезапно дедок остановился и, влюбленным взглядом окидывая совершенно пустой пригорок, воскликнул: «А вот и умершая деревня! Последний дом был сожжен 20 лет назад!» У нас челюсть отпала. Да!!! Мы бы никогда в жизни не нашли 3 этих дома, которые, кстати, были обозначены на карте. Гида нашего мы отблагодарили сигаретами и потопали дальше. До озера дошли без происшествий. Потом начали искать место для стоянки, подход к воде искали хороший, пока не вышли на пляжик с деревянными постройками. Там-то и прошла наша первая ночь.
Второй день по сравнению с первым показался нам сказкой. Всем, кроме несчастного Шурика. Огромнейшие мозоли на стопах порождали такую боль, что хозяин их, плетясь в конце скаутской колонны, цедил сквозь зубы: «Ой дурак… Зачем я согласился…» Затем самокритика плавно переросла в критику: «Скауты ассоциальные личности. У них массовый психоз!» Апогеем всех шурикиных монологов стала фраза «Уйду я от вас. Меня дома бабушка ждет». Сначала мы посмеялись: думали - шутит. Но, поняв всю серьезность ситуации, огорчились – нас так никто еще не предавал. Поэтому всю оставшуюся часть пути промолчали. Настроение поднялось, когда мы дошли до деревни и нашли замечательное место для обеда, настолько замечательное, что решили устроить там дневку. Поев вкуснейшего горохового супчика, мастерски приготовленного Володей и Костей, мы улеглись на солнышке и, наслаждаясь полным отсутствием назойливых комаров, решили атаковать отщепенца. Хорошо что, юмор он понимает, а то бы ушел к бабушке как был, босиком. Он выдержал все, а что на него только не сыпалось: «придешь домой – на горшок и в койку, бабушка приласкает..», «Бедняжка, мозоли натер, ничего - бабушка вылечит!», «Несчастный, попал к этим сумасшедшим скаутам, а дома бабушка с пирожками ждет…», «Смотри, а то бабушка ругаться будет, что без спросу в поход пошел…». Потом мы подумали, что просто имя не интересно, и решили дать Шурику кличку – Шурик-большой мозоль, Бабушка, в общем, весело было, при этом все хохотали как ошалевшие, исключая нашего героя, который, ехидно улыбаясь, отражал любую нашу атаку.
Время послеобеденного смеха прошло, перед нами встала проблема, где ночевать. Дело в том, что одна женщина, которая приехала в деревню, чтобы сено собрать, предложила нам сделку! Мы ей помогаем, а она предоставляет нам дом для ночлега. Одна половина во главе с Шуриком взбунтовалась, мол, мы не обязаны сено таскать. А вторая не прочь была поспать в цивилизации. Решение никак не давалось, спорили аж с пеной у рта. В конце концов, женская половина победила и, собрав монатки, мы потащились к той самой тете. Вначале мы ознакомились с хозяйством, увидели, кстати, дом тот, который цивилизацией называли (впоследствии, там никто спать не захотел), потом поговорили, песен пару спели – и на работу! Шурик, который громче всех орал, что работать не хочет, взял самые большие вилы и удалился на самое большое поле. Начало темнеть и мы закончили работу, а Бабушка продолжал усердно пахать, быстро перебирая своими мозолистыми ножками и кидая на нас отдыхающих злобные взгляды. Нас даже начала совесть мучать. Правда, недолго. За ужином Шурик так достал своими упреками, что мы опять начали подшучивать над ним. После вечерних посиделок мы расставили палатки во дворе перед домом и собрались спать. Правда, большая часть удалилась к костру, оставив меня одну в этой черной пустоте, поэтому я перебралась к своим соседям: Володе, Косте, Нине и Полине. Там мы начали загадывать жуткие загадки про то, как жених свою собственную невесту съел, пока не пришла очередь мне идти к себе. Я вышла и трясущимися ногами потопала по совершенно темному двору. Через мгновение я увидела то, что утром называлось палаткой. Ужас охватил меня с ног до головы. Тент слетел и края его, развиваясь на ветру, хлопали как крылья ворона, молния была расстегнута и внутри зияла черная дыра. Казалось, там лежит 3 трупа: Шурика, Макса и Саши. Взглянуть на это я бы не решилась, поэтому с воплями: «Володя, Нина…!» (в общем, что в голову пришло) я бросилась наутек. В соседней палатке меня приняли враждебно, мол, спать не даю. Но после моих внушительных заверений, что в мире происходит что-то ужасное, полусонный Володя взял фонарик и, бурча себе под нос что-то вроде: «Все бабы дуры», отправился на то место, где я должна была спать. При свете фонаря все оказалось не так уж страшно. А внутри было пусто, ни трупов, ни живых. Пришлось отправиться на поиски потерявшихся. Как я их нашла, и что им устроила после этого в палатке, пусть лучше останется тайной, ведь статья моя должна нести позитивный настрой…
Утром , в связи с тем, что мы не успевали по графику, пришлось воспользоваться цивилизацией, точнее автобусом. Так мы в полном комфорте добрались до замечательного поселка Межа. Вышли к озеру, нашли пляжик и развели костер, чтобы позавтракать. Пока Володя с Костей готовили овсяную кашу, мы решили искупаться, причем, опять же только женская половина. Шурик с Максом дремали под сосной, грязные, вспотевшие, и при каждом нашем предложении окунуться в свежую водичку, ежились и, окинув нас презрительным взглядом, отвечали отказом. Интересно, с каких это пор Шурик с гигиеной не дружит, ни с тех ли, когда из-за немытых рук он от колбасы отказался?
После завтрака мы отправились по деревне с целью найти батарейки для фотоаппарата. Естественно ни в каких магазинах и ларьках мы их не нашли, поэтому отправились по домам. Потеряв всякую надежду на этот метод, мы начали останавливать прохожих подростков, которым за 1000 рублей предлагали продать «пальчик». Но нет!!! Никакого результата! Отчаялись все, кроме Шурика. Он упорно продолжал заходить в дома, пока наше терпение не лопнуло: «Эй, психиатр, успокойся! Нет ни у кого здесь батареек!» Дело бы точно дошло до драки, а, может быть, и до убийства, если бы не один мальчуган, который в разгар нашего спора всучил эту маленькую, но очень значимую для нас вещь. От радости мы сфотографировались прямо на месте.
Снова в путь. Идти было весело, пока не начался ливень, да такой, что на нас ни одной сухой нитки не осталось. Совершенно мокрые мы пришли на место нашей стоянки – озеро Тиосто. А там вода сплошная, место низкое, вокруг болото, и ни одного бугорка, где можно было бы палатки расставить. Шурик (без него бы мы точно пропали) вызвался по деревне пройтись, дров попросить, и если повезет, ночлег найти. Я, не подумав, с ним решила пойти, о чем очень пожалела. В первом же дворе я струсила – скауты не умеют клянчить. А Шурик по крапиве, через забор и в дверь – тук-тук! «У нас дети маленькие – школьники. Мы боимся, что они простудятся. Нет ли у вас места, чтобы переночевать?» Я белею, краснею, все дальше от них отхожу, но при этому исправно качаю головой в поддержку Саши. Отказ. Второй дом – та же ситуация. И чем дальше, тем больше у Шурика желание добиться своего, а у меня – плюнуть на все и обойтись своими силами. Доходит до того, что мы начинаем препираться перед каждым домом. Впрочем, кое-чего он все же добился. Дровишек сухих нам дали. Но это все. Вечером мы расставили палатки (без проблем, кстати), поели, что-то на нас нашло: стали песни петь. За что получили единственную (!) похвалу от Шурика: «А скауты вечером лучше, чем днем…» Спасибо и на этом. Ночь прошла нормально, не один ребенок не простудился. Кстати, эта ночь была последней в полном составе. Психиатр, оказывается не оставил своего намерения уйти от нас и утром он нас оповестил о столь печальном событии.
А раз так? Мы не дадим ему уйти без приключений. Речку, которую перейти вброд раз плюнуть (глубина по колено), мы решили пересечь по-навесной. Шурик проявил необычайное мужество и выдержку, особенно, когда меня подсаживал. Зато Макс Задорожнюк спас Нинин рюкзак, когда тот упал в речку. Мы даже не сразу поняли, что произошло. Рюкзак сорвался так неожиданно, что мы не успели опомниться, как в воде оказался и наш Бобруйский друг. Благодаря ему, все Нинины вещи были спасены. Жутко было смотреть на Тимура, который своими босыми ногами прокладывал дорогу в густом и высоком крапивнике. Вопли его были слышны наверно и в Витебске. В общем, прошли нормально и отправились дальше.
Лес вокруг нас был великолепен! Запах хвои и слегка перезревшей ягоды, полное отсутствие комаров и ласковое солнышко. Мы наконец-то вошли в колею, а с таким темпом можно двигаться очень продуктивно с наименьшей затратой сил и времени. Впрочем, перед ягодами мы не устояли. На одном из привалов все рассыпались по полянкам и насобирали по стаканчику для компота, после чего от нас ушел Шурик. Что мы о нем подумали, и что пожелали на дорожку, говорить не буду, чтобы не сбивать позитивный настрой моей статьи.
На обеде мы сварили замечательный компотик из черники и земляники. Ситуация, скажу я вам, комичная! Сидят 7 человек вокруг костра и с громким, отвратительным хлюпаньем потягивая десерт, говорят только о том, что пьют. «М-м-м какой компотик вкусный», - раздастся голос в тишине. «Да-а-а…», - поддерживают все остальные. Молчание. Потом тишину нарушает еще чей-то голос: «И ягодки вкусные…», «Да-а-а..» - все дружно кивают. Молчание. «Особенно вкусненький, когда горячий…» - восклицает кто-то, наливая себе еще кружечку. «Ага!» - соглашаются другие. И так полчаса. Понятно, ведь Шурик нас покинул, и говорить больше не о чем.
Искупавшись, мы потопали. Шли очень долго, заплутали, пришли в деревню затемно. Поужинали и спать легли. Проснулась я от мычания. Причем, такого громкого, что, казалось, корова специально просунула голову в палатку, чтобы не дать нам спать. Проснулась, оказывается, я не одна. Все не спали и были очень раздражены. Самое худшее состояние было у Полинки. Во сне она увидела свою давнюю подругу и решила с ней поговорить, а та, вместо того, чтобы заговорить человеческим голосом, замычала: «Му-у-у». Наши друзья из соседней палатки вообще начали выкрикивать какие-то нечленораздельные звуки, объясняя корове, что она должна заткнуться. Громче всех орал Макс: «Замолчи, дура! Что ты здесь размычалась?! Уходи!» На корову, видимо, эти звуки никак не действовали, и убедившись, что опасности ей никакой не грозит, начала мычать с еще большей силой. Макс в истерике выскочил из палатки и стал пугать несчастное животное. Он встал на расстоянии 2-3 метров от коровы и, грозя своим огромным кулаком, заорал: «Пошла отсюда!!!» После чего отбегал еще метра на три. Странно, но корова не испугалась, хотя и замолчала. На некоторое время. Через минуту сеанс повторился. Это было так смешно, что спать больше не хотелось и животное уже не раздражало. Мы сели завтракать.
Но тут откуда не возьмись, появилась старушка – хозяйка той злощасной коровы. И не успела она появиться, как совершила огромнейшую ошибку, спросив, не мешало ли это милое животное нам спать. Ответ в лице Задорожнюка не заставил себя долго ждать: «Мешала!!!», - завопил он, брызгая слюной. А нам стало так жаль испуганную бабулю, что мы ей предложили откушать с нами. Точнее не мы, а Костик. Схватив миску с макаронами, он подбежал к женщине и, хватая ее то за локти, то за юбку, запищал угрожающим писком: «Кушай, бабуля!!! Это я сам готовил!». «Не-е-т!» - еще больше испугалась бабушка. Но Костик не верил, что житель деревни, имеющий богатое хозяйство может быть в 9 утра сытым, и потому продолжал настойчиво пищать: «Кушай, бабуля! Я сказал, кушай!!» Но и бабушка оказалась не робкого десятка. Отбиваясь от кровожадного монстра Костика, она кричала: «Сам кушай! А то ты маленький какой-то!» Хорошо, мы поблизости были, да Костика от бабули оттащили, а то не известно, чем бы это все закончилось. Наш Володя умудрился еще и молока выпросить у коровы, точнее, ее хозяйки. И подкрепившись дарами природы, мы тронулись в путь. Подошли к деревне, когда солнце стояло высоко в небе.
Поиски места для обеда закончились огромнейшей радостью. Мы набрели на целую кучу дров. И выглядело все так, как будто нас здесь ждали. Поэтому мы не рискнули отказаться от такого гостеприимства. Пока готовили обед, заметили детей. Много детей. Дети, как дети, только что-то не по себе было от их злобных настойчивых взглядов. Они то появлялись, то исчезали, то группками, то целой толпой. Они держались на расстоянии и, казалось, главари их разрабатывают план нападения. А оказывается, мы использовали дрова, заготовленные ими на праздник Купалы. И все? И стоило так огорчаться? Слава богу, дети попались не очень агрессивные, они, видимо, решили нас не бить, поэтому незаметно все исчезли. А мы, вспомнив про великий праздник, быстренько собрались и потопали, чтобы добраться до стоянки засветло.
Вечером, пока готовился ужин я, Нина и Полина насобирали цветов и сплели венки. Есть обычай такой: кидать венки в воду. Кто их найдет, тот и будет твоим суженным. Суженными нашими будут, видимо, Володя, Костик, Саша и Максим, потому что венки прибились берегу и даже не собирались уплывать, несмотря на все наши попытки подтолкнуть их палкой или заплыв от берега подальше, закинуть их так же далеко. Не получилось. Ну и что ж. Мы все равно в приметы и гадания не верим. Зато в венках мы такие красивые!
Утро последнего дня. Все начиналось так спокойно, что, казалось, хоть один день будет без происшествий. Но мы ошибались. На нашем пути внезапно появилась речка-вонючка. Не то речка, не то болото. «Ой, а на карте ее нет! – воскликнула Нина, - придется переходить вброд» Саша Путилин по такому случаю в туалет сходил, истратив полрулона туалетной бумаги. А Макс, закатав штаны, бросился в реку и завизжал: «Ой, здесь пиявки!» Отчего Полинка завопила: « Я в речку не полезу!» И не полезла бы – уж больно у нее упрямый характер. Но есть у нас Максим, он на своих плечах перенес испуганную девушку на другой берег, так, что мне тоже захотелось. Но я пожалела Максимины плечи, и спину тоже, и ноги. А Полина фотографировала нас всех. Макс с Тимуром замочились по самое «не хочу», а мы так глубоко не лезли.
До станции Лосвидо мы дошли без происшествий. Уставшие и грязные мы достали гитару и во все горло начали орать песни. Пассажиры не возражали, то ли оттого, что пели красиво, то ли оттого, что связываться с нами не хотели. По выходе из дизеля нас ждал сюрприз. Сам Александр Терещенко стоял на перроне. Чистенький, выглаженный, умытый, слегка пополневший – сразу видно бабушка позаботилась. Стоит, ключи в руках вертит и надменно по сторонам смотрит. Мы в нерешительности остановились, а вдруг не нас встречает. Но Путилин долго церемониться не стал: «Шурик! Ха-ха-ха! Дай обниму!!» За Сашей и мы кинулись на несчастного. Бедный, бедный Шурик! Хорошо что не пришел нас встречать со своими коллегами-психиатрами (как обещал), а то бы сразу забрали, куда надо.
Шурик: «Когда еще в поход пойдете, возьмете меня?»
Мы: «Ха¬-ха-ха!!!»



blog comments powered by Disqus
Related Posts with Thumbnails

Recent Comments

Powered by Disqus

Общее·количество·просмотров·страницы